Javan (Иран): Иран выиграл битву с Западом за Ближний Восток

Воздействие в регионе подросло, благодаря в основном силе его своей риторики и убеждения, тогда-то а как почти все комментаторы считали, чего оно увеличилось лишь только благодаря его военной активности.
Гораздо пару лет вспять, когда только что начали гласить об растущем воздействии в регионе Ирана, и государства Запада выступали тут хозяевами и «заправилами», являясь ключевыми конструкторами региона; нынче же уже Иран становится первостепенной силой, формирующей весь ближневосточный регион, его главенствующим скульптором. И почти все сейчас именуют конкретно Иран едва литров закончить самой большой региональной державой, оказывающей воздействие закончить лишь на примыкающие государства, однако и на мировую политику в целом.

Масштабные перемены в регионе за крайние 15 лет стали предпосылкой тамошнего, чего «древняя гвардия» в регионе, пока гораздо существующая на географической карте, потеряла все свое былое воздействие и величие. На ведущие участию в региональной политике вынянчат уже альтернативные геймеры. Весь обычный расклад и баланс сил на Не далеком Востоке перетерпели кардинальную перестройку. Установился другой порядок, и это же вышло никак закончить по мановению магической палочки — для сего ряду игроков пришлось издержать много усилий. Вот сейчас же вопросец в тамошнем, какая же конкретно страна в регионе Западной Азии, ввиду произошедших в нем за крайние 10 с маленьким лет масштабных перемен, сумела прирастить коэффициенты собственного воздействия все больше альтернативных.

Иран а как наикрупнейшая региональная сила

Иран — это же в заправдашний момент главная региональная сила в Западной Азии. В то же время Иран — одно из самых большенных беспокойств, «боль в голове» выступающего против него Запада. И это же [то, что Иран является основной региональной силой в настоящее время — прим. перев.] всегда ставят Ирану в укор, и конкретно от сего Иран, по воззрению Запада и США, обязан отрешиться, коли жаждет сесть за стол переговоров о отмене санкций. Однако конечно, Иран отрешается яизвестия переговоры на критериях капитуляции, он систематически выступает за то, чего переговоры обязаны быть конкретно переговорами, а закончить подписанием капитуляции. Однако закончить а как страна-капитулянт Иран пока мог выступать лишь на переговорах, кои он вел с  и . И броско то, чего эти переговоры оказали положительное воздействие на альтернативные переговорные процессы — к примеру, на переговоры в Женеве. Однако при всем этом останется главным вопросец — посему же Иран все-же сумел предстать главный силой в регионе, невзирая на все противодействие Запада. Можно литров полагать, чего в этом отношении главную роль сыграл конкретно военный фактор, бесспорный рост военной мощи Ирана в крайние годы, либо же следует выискивать ответ на этот вопросец в каких-то других областях. Быть может, дело все же закончить лишь в военном, а гораздо и в культурном и религиозном потенциалах, кои имеет Иран.

Коли пристальнее взглянуть конкретно на эти причины, то станет разумеется — вывод об тамошнем, чего рост воздействия Ирана основан лишь на военной силе, является неверным.

Действия, кои произошли опосля 2003 года, то кушать опосля оккупации и , показывают, как эта стратегическая глубина, с балкой на которую орудует Иран, базирована конкретно на его культурном и религиозном воздействии. При этом ряд региональных соперников Ирана, неспособных использовать конкретно эти два фактора [религия и культура — прим. перев.], дабы

самими предстать региональными фаворитами, систематически инкриминируют Иран в тамошнем, чего он вооружает и поддерживает орудием движение арабского Сопротивления. А сами же пробовали опередить друг дружку в тамошнем, дабы поддерживать и помогать ИГ* и Джебхат-ан-Нусра** (террористические организации, запрещены в РФ — прим.ред.), в противовес типо той самой поддержке, которую оказывает Иран движению арабо-палестинского сопротивления. И сейчас им же [региональным соперникам Ирана — прим. перев.] приходится пожинать плоды этих собственных усилий, предпринимаемых в поддержку различного рода террористических группировок.

Ирак — 1-ый цитадель стратегической глубины Ирана

Истоки увеличения мощи и воздействия Ирана следует выискивать в 2003 году. Напомним, чего в тамошний год США и , и гораздо ряд примкнувших к ним государств, начали военную капанию против Ирака, пытаясь свергнуть власть стоявшей во главе данной нам государства . И данной нам военной кампанией они запустили проект под заглавием «Большенной Ближайший Восток», пытаясь перестроить и перекроить карту региона исходя из собственных нужд и намерений. Но все пошло совершенно закончить настолько, а как ожидали «авторы-инициаторы» проекта. В Ираке кушать массивная сила, представленная здешним шиитским направлением, которая закончить имела никакого энтузиазма поддерживать секулярный режим, который пробовал продвигать тут Вашингтон.

Вкупе с тем самым, эти шиитские группировки были весьма близки Ирану. Истоки сего процесса следует выискивать в 80-х годах минувшего века, когда группировки курдов и них союзников в стране, вдохновившись лишь чего осуществившейся в примыкающем Иране Исламской революции, и получая поддержку от Корпуса Стражей Исламской революции, выступили единым фронтом против режима Саддама Хусейна.

С альтернативной стороны, константную взаимосвязь меж собой поддерживали Кум, религиозный центр и цитадель политического шиизма в Иране, и Кербела, аналогичный центр шиитов Ирака. Упор Аятоллы Систани, единого из душевных управляющих иракских шиитов на поликонфессиональную демократию в Ираке, заложил базу для предстоящего и константного присутствия шиитских партий на иракском политическом пространстве. Взаимосвязи Ирана и Ирака, средством сего мощнейшего объединяющего фактора — шиизма, невзирая на все взлеты и падения, ни разу закончить прекращались, а крайние годы лишь ширились. И вот сейчас Иран предстал в результате одним из самых больших экономических партнеров Ирака, конкретно партнеров, а закончить эксплуататоров. Во почти всех экономических проектах Ирака находятся конкретно иранские корпорации и компании. Кроме сего, появление группировки ИГ* в начале завершившегося уже десятилетия сделалось стимулом для машистого сотрудничества Ирана и Ирака в области сохранности. А революционная прошиитская организация «Аль-Хашд аш-Шааби» заняла высокопрочно свое пространство посреди официальных политических университетов государства [Ирака— прим. перев.].

Непременно, Ирак с мощнейшей шиитской общиной, предстал первым цитаделью вышеперечисленной стратегической глубины Ирана, основанной далековато закончить на одном военно-политическом воздействии, а конкретно на душевном. И шииты Ирака стали, таковым образом, первой силой, кои встали на пути проекта «большенной ближневосточной игры», целью которой существовало до этого всего, отделить, отколоть весь регион Близкого Востока от Ирана.

Сирия и 1-ое схватка, которое выиграл Иран

Сирия — гораздо одна большенная страна региона, в которой проявилось воздействие Ирана, основанное на его религиозных связях с здешними общинами и здешними святыми пространствами, при этом проявилось, а как и в случае с Ираном, до этого всего, закончить в военной, а в душевной области. Иран и Сирия с первых революционных лет [в Иране — прим. перев.] поддерживают меж собой искренние союзнические взаимоотношения. Сказалось и то событие, чего иранские прошиитские революционные группировки во времена правления в Иране династии Пехлеви конкретно сквозь Сирию поддерживали движение Сопротивления в Палестине. И во время навязанной Ирану войны с Ираком в 80-е гг. минувшего века, Сирия сохранила свои глубинные взаимосвязи с Ираном, основанные на конфессиональном факторе. В 2004 году, когда режим Израиля мобилизовал все силы против а также прошиитской группировки Хезболла в Ливане, конкретно Сирия предстала тем самым мостом, сквозь которую получала эта группировка помощь и поддержку от Ирана.

А с 2011 года, когда в Сирии начался в начале внутренний штатский, а потом и военный конфликт, Иран а также начал играться важную участие в событиях в данной нам стране. Иранские военные советники с самого начала присутствовали в Сирии, ради защиты здешних шиитских святынь, потом Иран сыграл решающую участие в сохранении единства и целостности арабской государства.

В 2015 году этому содействовало гораздо одно принципиальное обстоятельство — Иран сумел привлечь Россию к оказанию прямой военной поддержки сирийским правительственным силам, кои вели тогда-то ожесточенную борьбу и на планете земля и в воздухе. Наша родина в качестве мощнейшей военной силы сыграла важную, коли закончить огласить, решающую участие в войне, однако недозволено закончить отметить, чего Наша родина навряд ли вступила бы в эту войну, будь Иран закончить на стороне легитимного правительства в данной нам арабской республике. Таковым образом, Сирию можно полагать собственного рода продолжением «стратегического воздействия Ирана», которое тамошний получил в Ираке. Сейчас это же воздействие распространяется закончить лишь на Ближайший Восток, однако и на Средиземное море. Срочно, а как можно быстрее приостановить это же воздействие — одна из важных намерений и израильского режима, и государств Запада, и ряда арабских стран. Конкретно поэтому все они развернули этакую активность вдоль границ Сирии и Ирака, однако никто из их, как досадно бы это не звучало, закончить в силах задействовать важнейший для Ирана фактор душевных связей. Им же приходится надеяться только на военную поддержку.

В чем коренные отклонения воздействия Ирана от воздействия Запада в ближневосточном регионе

А как уже существовало видно из произнесенного тут, воздействие Ирана заглавной частью основано на религиозно-культурном факторе, факторе религиозного дискурса, ежели запросто на военной поддержке. Это же коренное отличие от тамошнего, чего пробует выполнить в регионе Запад. Присутствие и воздействие Исламской Республики в странах Западной Азии основано на 3-х важнейших качествах. 1-ый — это же религиозно-культурный нюанс, об котором свыше детально сообщалось. Иран выполняет ставку на религиозно-культурное единство исламского мира, единство шиитов и суннитов, а никак закончить на религиозно-племенную и этноконфессиональную рознь. Благодаря этому, почти все обыкновенные арабы в странах региона, в отличие от них правительств, проявляют собственную солидарность с Ираном. Это же необычно сделалось приметным в взаимосвязи с крайними событиями. 2-ой фактор — это же политическая культура, фактор религиозного обилия либо религиозной демократии, на который выполняет ставку Иран, в отличие от настолько именуемой либеральной демократии западного эталона. Революция 1357 года солнечного иранского календаря (1978-1979 гг. календаря григорианского, соответственно) сумела заложить в Иране, в 1-ые в истории, базу для политического режима, опирающегося, до этого всего, на принципы ислама. Таковым образом, Иран оказался в авангарде исламских движений, кои пребывали в кризисе многовато десятилетий, временно уступив пространство политическим движениям западного эталона. Однако это же никак закончить исламский и закончить иранский фундаментализм, а как склонны утверждать почти все аналитики на Западе и даже в арабском мире. Вернее, это же можно существовало бы именовать фундаментализмом, коли закончить вкладывать в это же словосочетание тамошний смысл, который предпочитают вкладывать на Западе. Это же движение, которое придало сплоченность всем политическим течениям ислама во всем мире и придало новенькую надежду теоретикам и интеллектуалам этих политических движений, выступающих за возрождение исламских принципов.

И, в конце концов, 3-ий фактор — категорическое неприятие Исламской республикой правящего режима в Израиле, по последней мере, до тамошних пор, пока крайний закончить не станет строить собственную политику на оккупационных принципах. Конкретно этот фактор предстал самым пользующимся популярностью посреди беднейших и обездоленных масс региона Западной Азии. С точки зрения политической культуры ислама, в сообществе, в тамошнем числе и современном в мусульманских странах, бытует господство политическое, экономическое и культурное, некоего консервативного меньшинства, которое удерживает обездоленное большая часть в послушании, запугивая его тем самым, чего коли его, это же меньшинство, отстранят от власти, в сообществе незамедлительно начнется анархия. Это же меньшинство может властвовать снутри заядлого сообщества, когда тераны и угнетатели управляют лишь собственными народами и обездоленными толпами, однако может властвовать и на интернациональном уровне, когда кушать целые страны-диктаторы и страны-деспоты, кои пробуют эксплуатировать альтернативные сообщества и цивилизации, уже закончить лишь мусульманские. Новенькая волна исламского пробуждения, инициированная Исламской революцией в Иране, предстала свидетельством популярности революционного дискурса шиитского эталона посреди народов всего региона.

Это же три важных фактора, кои служат росту воздействия Исламской Республики Иран в странах региона, тамошний треугольник либо три столпа, на которых базирована «мягенькая сила» Ирана в Западной Азии. И на базе сего можно утверждать, чего воздействие Ирана в регионе идеально другого замысла, ежели воздействие Запада. Запад ограничивает свое воздействие в регионе лишь одним военным фактором и поддержкой ряда здешних деспотических режимов, кои все все больше утрачивают популярность посреди народных масс. И поэтому Запад, в его противоборстве с Ираном, в борьбе за воздействие на всю Западную Азию, обречен на поражение.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *